Кто-то орудие берёт, а кто-то от него избавляется. Очень необыкновенным способом. В мире существует шестьдесят 6 общепризнанных и семь непризнанных государств, где значимой неувязкой остаются противопехотные мины.
Интернациональные организации убеждены в том, что на разминирование всех территорий уйдут много лет. Но в одном из африканских центров, где изучают эту делему, решили ускорить сроки. Как конкретно – знает – Андрей Цаплиенко.
Все построено на условных рефлексах.
Крыса находит мину. Тренер делает щелчок нехитрым устройством.
Это сигнал "Беги за призом".
Сулеймани Дьюма Мришо, тренер:
6 миллионов квадратных метров минных полей в примыкающем Мозамбике нейтрализованы благодаря крысам.
– Это одна из самых ранешних стадий обучения. Крыса вольно перемещается в протяжении веревки, натянутой меж мной и моим партнером.
Ее задачка – отыскать металл. Когда она находит все мины в последовательности, мы перемещаем эту металлическую раму на один шаг вперед.
И понемногу проходим все поле.
Кристоф Кокс, начальник программки подготовки:
Статистика знает все. Даже то, что сапер ошибается один раз на 5 тыщ мин.
Но не риск тормозит разминирование, а средства. Установить одну мину стоит примерно 50 американских баксов, снять – около тыщи. В центре подготовки крыс додумались – разминирование может быть удешевить.
В том месте, где эта крыса копает почву, свою жертву поджидает противопехотная мина.
На данный момент человеку остается только вывернуть запал. Вправду, все мины на этом поле уже нейтрализованы.
– Когда мы были на реальном минном поле, я, если честно, был жутко испуган. Но позднее я понял, что необходимо просто следовать инструкциям.
А крысы все сделают сами.
– А, основное, крыса весит через чур не много, чтоб мина сдетонировала.
– Поговорка "Крысы бегут с корабля" точно не об этих созданиях. Хвостатые саперы смело идут навстречу угрозы по минному полю, и, в отличие от двуногих служащих, опытнейшее чутье их не подводит практически ни в коем случае.
– Мы думаем, что так может быть использовать крыс для идентификации нездоровых туберкулезом, например, в трущобах.
Сулеймани Дьюма Мришо, дрессировщик крыс:
Питер Луанда, дрессировщик крыс:
Амонос Херм Годэ, дрессировщик крыс:
Обучение начинается за стеклом.
Все фактически так же, как в поле.
Андрей Цаплиенко, обозреватель:
– Крысы определяют каждые типы снарядов.
Они как люди. Кто-то более гениален, кто-то наименее. Но, в принципе, после обучения никто не ошибается.
– Самое ужасное – это поиск мин.
Люди достаточно нередко ошибаются, псы подрываются на минах.
У меня появилась новенькая мысль использовать крыс.
Они очень умные, и у их прекрасное чутье.
Кристиан Мюлдер, эпидемиолог:
Поразительно брутальные в природе, здесь африканские крысы просто привыкают к своим тренерам и, почти всегда, не кусают руку, дающую банан.
– Большая часть людей терпеть не могут крыс.
Но я прошу не убивать их, в силу того, что крысы выручают людские судьбы.
Питер Луанда, дрессировщик крыс:
Сулеймани Дьюма Мришо, дрессировщик крыс:
– В боксе 10 лотков.
Пробы с динамитом исключительно в нескольких. Когда крыса определяет верный лоток, тренер дает условный знак. Крыса подбегает к особенному отверстию – и приобретает в приз орешек.
Начальник программки Кристоф Кокс – единственный сотрудник центра, так и не побывавший на реальном минном поле.
Но крысы способны на большее.
Они могут найти и пробы с туберкулезной палочкой.
Андрей Цаплиенко, Вадим Ревун, Танзания, "Подробности", канал "Интер".