“Время от времени весьма интересно, удовлетворяют ли женщины и мужчины вправду друг другу”, Кэтрин Хепберн, в один раз сообщённая. “Быть может, они должны жить по соседству и просто посетить иногда”. Не обращая внимания на замечания известной актрисы, у женщин и мужчин вправду имеется сильная тенденция сосуществовать в моногамных парах, не смотря на то, что в течение высоко разных промежутков времени и градусов преданности.
То, как такое поведение появилось, было темой громадных дебатов среди исследователей. Новое изучение приходит к потрясающему заключению: Среди приматов, включая, быть может, людей, единобрачие, развитое, в силу того, что это защитило младенцев от того, чтобы быть убитым соперничающими мужчинами.Проживание в парах, что исследователи именуют социальным единобрачием, много раз развивалось среди животных, не обращая внимания на то, что в обширно переменных пропорциях среди разных групп.
Так примерно 90% видов птиц социально моногамны, возможно в силу того, что кормление и выведение яиц только что вылупившихся птенцов являются работой на полную ставку, требующей обоих родителей. Но у млекопитающих, дамы несут младенцев в собственных органах и только важны за обеспечение молока молодым младенцам — и лишь примерно 5% разновидностей социально моногамны.
Это оставляет большая часть мужчин млекопитающих свободным бежать около и пропитать вторых дам. Приматы, но, думается, особенный случай: примерно 27% видов приматов социально моногамны; и недавние изучения Кристофера Опи, антрополога в Университетском колледже Лондона, и его сотрудников заключили, что социальное единобрачие появилось довольно поздно в развитии примата лишь примерно 16 миллионов лет назад. (Самые ранние приматы относятся ко времени примерно 55 миллионов лет.)Но по какой причине социальное единобрачие появлялось вообще среди млекопитающих, включая приматов, учитывая многие репродуктивные преимущества для мужчин, имеющих доступ к как возможно большему количеству дам? Ученые внесли предложение три основных догадки: Единобрачие оказывает более действенную родительскую помощь для младенцев, как у птиц; это мешает тому, чтобы дамы спаривались с соперничающими мужчинами, в особенности в разновидностях, где дамы обширно расставлены и не могут все быть легко монополизированы одним мужчиной; либо это защищает от риска детоубийства, которое весьма высоко среди некоторых видов приматов, включая шимпанзе и горилл, и довольно часто разъясняется жаждой соперничающего мужчины скоро возвратить мать в плодородное страну так, чтобы он имел возможность произвести на свет собственных собственных потомков.
Кое-какие исследователи считаюм, что комбинация всех трех факторов, и вероятно все еще другие, снабжают добрейшее объяснение единобрачия.Ответ этих дебатов принципиально важно, исследователи говорят, специально для понимания развития людской поведения скрещивания. Не обращая внимания на то, что люди не полностью моногамны, “появление парной связи в людях было главным эволюционным переходом, значительно поменявшим эволюционную траекторию отечественных разновидностей”, говорит Сергей Гаврилец, эволюционный биолог в университете Теннесси, Ноксвилла. Довольно много исследователей считаюм, что мы, быть может, не развили громадные мозги без совместной родительской заботы на протяжении долгого периода слабости, требуемой для младенческих мозгов вырасти до их полного размера. “Понимание сил, стимулировавших тот переход, может оказать помощь нам лучше осознать причины людской уникальности”, додаёт Гэврилетс.
Opie и его сотрудники приступают к опробованию трех ведущих догадок у приматов посредством сильного способа называющиеся статистика Bayesian. Бригада применяла ранее изданные генетические и поведенческие эти от 230 видов приматов, воображая практически все узнаваемые разновидности, таких как Ветхие и Новые Мировые мартышки, обезьяны и лемуры, применяя строгие параметры, чтобы обеспечивать, что эти были надежны. К примеру, бригада заключила, что определенная разновидность принимала участие в детоубийстве, лишь в случае если по крайней мере 20 публикаций сказали об уничтожении младенцев при помощи яркого наблюдения либо как единственное вероятное объяснение. Байесовский подход разрешил исследователям наносить на карту данные о поведении примата на эволюционное дерево всей группы животных, и так разбирать заказ, в котором черты, такие как социальное единобрачие, другие поведения и детоубийство появлялись в течение продолжительного времени.
Как бригада информирует онлайн сейчас в Продолжениях Национальной академии наук, была сильная корреляция вовремя между всеми тремя догадками — родительской заботой, женским диапазоном, и детоубийством повышением — и мужчинами социального единобрачия приблизительно в 60 видах приматов, это живет в парах. Но среди этих трех объяснений, лишь детоубийство практически предшествовало социальному единобрачию вовремя и так могло быть ведущей эволюционной силой, бригада завершает; другие два поведения случились позднее и были последствиями социального единобрачия а не причин. “Отечественные изучения светло говорят о том, что детоубийство есть триггером для единобрачия у приматов”, и возможно было триггером в людях, также, говорит Опи.По какой причине уровень социального единобрачия у приматов, 27%, так выше, чем 5% у млекопитающих в целом?
У Opie и его сотрудников, среди которых психолог Оксфордского университета Робин Данбэр — приверженец идеи, что сложные социальные группы, обычные для приматов, стали причиной громадным мозгам — имеется ответ. Потому, что младенцы приматов с громадными мозгами, в особенности людей и обезьян, беззащитны в течение более долгих промежутков времени, чем другие млекопитающие, они намного более ранимы к детоубийству, и так нуждаются в большем количестве защиты.
Однако, реакция на изучение была смешана. “Я счел бумагу достаточно убедительной”, говорят Карел ван Шэйк, primatologist в Цюрихском университете в Швейцарии, ранее приведшем аргументы в пользу догадки детоубийства. “Результаты весьма жёстки” для всех приматов. Но ван Шэйк говорит, что “весьма старался бы прийти к заключению из этой бумаги, что риск детоубийства был также главным причиной, лежащим в базе людской единобрачия”, частично, в силу того, что люди не вполне моногамны, как продемонстрировано изучениями культур во всем мире. “Текущее единобрачие в социальном отношении наложено”.Филлис Ли, психолог в университете Стерлинга в Соединенном Королевстве, соглашается. “В лучшем случае мы участвуем в формах последовательного единобрачия”, говорит она, показывая, что больше чем 60% “классических обществ” разрешают мужчинам иметь больше чем одну жену.
Ли додаёт, что детоубийство есть изюминкой многих видов приматов, которые не моногамны, “так, единобрачие не есть единственным эволюционным раствором детоубийства”.Вправду, газета, которая будет издана на этой неделе в Науке, наблюдает на единобрачие через всех млекопитающих и приходит к совсем второму заключению. Зоологи Тим Клаттон-Брок и Дитер Лукаш из Кембриджского университета в Соединенном Королевстве проанализировали единобрачие среди 2 545 нечеловеческих видов млекопитающих. В отличие от заключения Опи у приматов, они находят в этом большем примере, что социальное единобрачие появилось среди разновидностей, где дамы были обширно расставлены, и мужчины не могли монополизировать пару из них сходу; детоубийство, казалось, не было водителем для единобрачия среди всех млекопитающих.
Opie возражает, что широкий промежуток среди дам не относится к весьма социальным, живущим в группе приматам, так, чтобы люди, и вероятно все приматы, могли быть необыкновенными среди млекопитающих. В случае если так, он говорит, смотрение на млекопитающих через правление имело возможность бы замаскировать характерные изюминки развития примата.
Все равно Петр Комерс, эколог в Университете Калгари в Канаде и ведущем приверженце женской догадки диапазона для социального единобрачия, говорит, что находит заключения авторов, что детоубийство было “единственным вероятным водителем к мало необычному единобрачию”. Личные изучения Комерса, как Clutton-олень-двухлетк