Ученые поставили впереди себя задачу узнать, вероятно ли угадать тот момент времени, в то время, когда тот либо другой объект будет максимально уязвимым для аналогичных кибератак.Опираясь на эти идеи, ученые создали модель, в которой главным ресурсом атакующей стороны выступало определенное количество так называемых уязвимостей нулевого дня (0day) – "дыр" в безопасности, о существовании которых неизвестно ни производителю ПО, ни его пользователям.
Правильно модели, число таких уязвимостей в совокупности неспешно понижается и скорость их исчезновения зависит от двух параметров – "невидимости" и "живучести".Исследователи исходят из того, что все виды "кибероружия" владеют одним неспециализированным свойством – их эффективность быстро снижается по окончании первой атаки. Исходя из этого время для того чтобы нападения есть главным причиной, определяющим финал "кибервойны". С одной стороны, долгое выжидание оказывает помощь лучше готовиться к атаке.
Иначе, это же время дает жертве шанс на то, что она увидит уязвимость в совокупности безопасности и закроет ее.Ученые поставили перед собой задачу узнать, вероятно ли угадать тот момент времени, в то время, когда тот либо другой объект будет максимально уязвимым для аналогичных кибератак.
Результаты их изучения размещены в статье издании Proceedings of the National Academy of Sciences.Американские математики Роберт его коллега и Аксельрод Румен Илиев из университета штата Мичиган в городе Энн-Арбор создали модель, которая разрешает выбрать оптимальное время для начала кибервойны либо отдельной кибератаки – так, дабы шансы на успех были большими.
Применяя эту модель, ученые проанализировали пара известных случаев кибератак и сравнили результаты работы модели с тем, как протекали эти нападения. Они утвержают, что их детище удачно "предсказало" темперамент действий создателей известного вируса Stuxnet, нападавшего в 2010 году компьютеры на ядерных объектах Ирана, и других "вирусов особенного назначения", опираясь на информацию об их устройстве и о том, как невидимыми и живучими они были.